Хорошего дня!
4

Трудный вопрос рынка труда

В четверг, 16 августа, в издательском доме «Комсомольская правда» прошла пресс-конференция на тему «Рынок труда и занятости в России: статистика, динамика, тренды»

Какова ситуация на рынке труда в России сейчас и что ждет его в ближайшее время?

Что будет происходить с рынком труда в России с учетом стремительно развивающейся цифровизации и информатизации общества?

Какие меры должно предпринять государство для защиты населения от безработицы?

Какие профессии отомрут на рынке труда в ближайшее десятилетие и какие программы предложит государство для помощи этим людям в трудоустройстве?

Какова сейчас ситуация с профессиональным образованием в России?

На эти и другие вопросы ответили:

Зифа Зайнуллина , начальник управления статистики труда Федеральной службы государственной статистики;

Кристина Лапская , директор по персоналу Superjob.ru;

Михаил Делягин , директор Института проблем глобализации;

Павел Травкин , научный сотрудник лаборатории исследований рынка труда факультета экономических наук НИУ ВШЭ.

Ваш браузер не поддерживает HTML5 видео

Трудный вопрос рынка труда

Слово экспертам

Мы в ответе за путь, который мы выбираем

Начальник управления статистики труда Федеральной службы государственной статистики Зифа Зайнуллина (представленную Зифой Жаферовной презентацию Росстата можно посмотреть здесь)

- Кто такие занятые? Это лица в возрасте 15 лет и старше, которые в обследуемую неделю хотя бы один час в неделю выполняли, обязательно за оплату или прибыль, любую деятельность, связанную с производством товаров или оказанием услуг. В эту группу включаются также лица, которые временно отсутствовали на работе, но сохранили связь со своим рабочим местом, то есть, были в отпуске, на больничном или в командировке. Я буду говорить сегодня о лицах от 15 до 72 лет.

Зифа ЗайнуллинаФото: Иван МАКЕЕВ

Что такое уровень занятости? Это отношение численности занятого населения определенной возрастной группы к общей численности населения соответствующей возрастной группы, рассчитанное в процентах. В нашем случае это будет численность занятых в возрасте 15-72 года к общему числу населения в этом возрасте.

Обучающиеся, пенсионеры и инвалиды учитываются в качестве безработных, если они не имели работу, занимались поиском работы и были готовы приступить к ней. Это особенно важно, когда мы говорим о безработице среди молодежи. Надо учесть, что молодежь в возрасте 15-19 лет занята обучением, но это занятие не приносит им доход. Они говорят, что готовы работать, хотят работать и ищут работу. Но найти работу довольно сложно, потому что работодатели не стремятся брать таких людей, поскольку для них это лишняя головная боль. Там масса ограничений по количеству отработанного времени, летним отпускам, учебным отпускам, они должны работать в определенные часы и так далее. Когда мы говорим об уровне безработицы среди молодежи, на этот фактор обязательно надо обращать внимание. ...

В поиске работы очень многое зависит от самого человека. Человек сам может создать свое рабочее место. Когда я, имея красный диплом вуза, 2 года сидела с ребенком, я не нашла ничего зазорного в том, чтобы начать вязать детские носочки. Я распускала веревки, которые покупала на ткацкой фабрике, из них вязала и продавала. Я сама создала себе рабочее место.

Люди тоже должны отвечать за свой выбор. Мы сейчас говорим о том, что у нас переизбыток экономистов, юристов и так далее. То есть человек осознанно идет учиться на экономиста, получает бесплатно образование, занимает в вузе чье-то место, прекрасно зная, что в экономисты не пойдет, что столько экономистов стране не нужно. А потом мы говорим о том, что государство должно еще потратить деньги на то, чтобы дать ему возможность переобучиться и т.д. Все-таки Минтруду России и Минобрнауки России надо обратить внимание на структуру приема на обучение, направлять потоки на те профессии, которые нужны, а не на те, на которые есть преподаватели. Надо разделить ответственность за судьбу и за трудоустройство человека между государством и самим человеком. Он должен отвечать за свои действия. Все-таки в 17-18 лет человек должен думать о том, какую профессию выбирает. Потому что занимать место в высшем учебном заведении и потом не пользоваться полученными знаниями преступно.

В России развивается нормальное рабовладельческое общество

Михаил Делягин , директор Института проблем глобализации:

– У нас одновременно могут очень долгое время развиваться строго противоположные тенденции. Например, мы все видим положительный эффект цифровизации. Но она имеет и оборотную сторону. Это снижение занятости. Мы видим ее на примере Сбербанка, который сократил большое количество юристов официально и, как я подозреваю, значительное количество операторов call-центров неофициально. Мы видим снижение занятости в профессиях, которые считались престижными, высокообеспеченными, видим большие проблемы, связанные с модернизацией в регионах. Был завод, на котором работали две тысячи человек, потом он умер, потом вменяемый губернатор с вменяемыми представителями правительства его подняли. И на нем вместо двух тысяч человек уже работают 300. А все остальные, кто не уехал, ходят вокруг и ищут работу. Это реальная проблема современных технологий, когда мы имеем производства, но не имеем занятость. Производство, увеличивая доходы небольшой части людей, обеспечивая социальную стабильность, вместе с тем повышает в регионе социальную напряженность. Это поразительное явление. Оно пока сдерживается, но реально имеет место.

Михаил ДелягинФото: Иван МАКЕЕВ

Цифровизация провоцирует то, что на Западе называется «прекариатом». У нас это можно назвать «совсем частично занятые». Эти люди могут получать и 100, и 200, и 300 тысяч рублей, но они живут от контракта к контракту. Они не знают, что с ними будет послезавтра. Это категория работников, которых сокращают в первую очередь. Они высококвалифицированны и высокомобильны. Это идеал современной рыночной экономики, но при этом эти люди четко понимают, что завтра с ними может произойти все что угодно. А если им за сорок, то это «что угодно» с ними уже происходило неоднократно. Это ситуация совсем не симпатичная. Она дополняется аналогичным слоем низкооплачиваемых людей у которых даже теоретически нет никаких трудовых прав, которые могут быть уволены в любой момент.

Безусловно, информатизация и технологический прогресс не только закрывает старые рабочие места, но создает новые. Мне мои лондонские друзья еще в 2001 году говорили: да, конечно, мы сворачиваем промышленность, но на одно уходящее место промышленного рабочего приходит три новых рабочих места фитнес-тренеров. А то, что рабочий не может переучиться на фитнес-тренера, так это временная структурная безработица, которая скоро пройдет. Практика показала, что это не совсем так. Когда мы обвязываем станок информационной компонентой, - да, нам нужен программист, сисадмин, нам нужно много работников, обслуживающих эту информационную компоненту, но в целом количество занятых все равно снижается. Мой любимый пример: в Брянской области сейчас поля пашут тракторы, управляемые через спутник. Реально 10 тракторов управляются через спутник, а один человек, как пастух, сидит на холмике, то бишь в офисе, и следит, чтобы чего-нибудь не случилось. Это не просто минус десять трактористов, это еще минус большое число людей, которые эти тракторы обслуживают, потому что машина делает ошибок гораздо меньше, чем человек.

В целом это снижает занятость. Можно обсуждать темпы ее снижения, идет ли оно быстрее, чем естественное демографическое снижение численности населения, или медленнее, но это обсуждение имеет смысл при условии, когда имеет место развитие.

Развитие у нас идет, модернизация имеет место. Но они носят кусочный характер. Вот здесь мы развиваемся, а здесь селедку заворачиваем. Даже если регион успешен, как, например, Московская область, в нем обязательно есть зона застоя или бедности. Даже катастрофы, в прямом смысле слова. Это ведет к мобильности и перетоку людей из одной местности в другую, что логично вытекает в бесправие. Потому что люди, которые переезжают внутри страны в поисках работы, так же бесправны, как и гастарбайтеры. Классическая история, когда люди едут на вахту на севера заработать не такие уж и большие деньги, и тем не менее все, что они получают – это обратный билет.

У нас большая беда с рынком труда. Вызванная, к сожалению, политикой государства и Банка России, у которого запретительно высокое кредитование реального сектора. Когда ставка по кредиту выше уровня рентабельности большинства отраслей. С другой стороны, существующие нормативы рисков просто запрещают нормальному банку кредитовать реальный сектор. Потому что для него это сверхрискованная деятельность, чреватая отзывом лицензии. Оборотной стороной этого процесса является кредитное рейдерство, когда банк дает кредит не для того, чтобы получить доход в виде процентов, а для того, чтобы в нужный момент прервать кредитную линию под вздорным предлогом и захватить кредитуемое предприятие. В результате мы наблюдаем феноменальное явление, когда предприниматель вместо банка идет кредитоваться в сомнительные и преступные организации под долю в собственности.

У нас прекрасно работает налоговая служба, хотя это далеко не всем нравится. Но в результате этого у нас происходит накопление остатков средств в бюджете, которые принципиально не используются на развитие. У нас на 1 августа, по официальной отчетности Минфина, осталось 8,5 триллиона неиспользуемых рублей. Естественно, когда вы из экономики деньги изымаете и при этом кредит туда не предоставляете, у вас возникают большие проблемы с занятостью. И это не глобальная, а наша внутренняя тенденция.

Отдельная проблема – отсутствие трудовых стимулов у значительной части молодежи. За последние лет восемь она очень здорово выправилась. Молодые специалисты уже понимают, что нужно работать, что деньги сами с неба не упадут. Это само по себе маленькая революция. Но, к сожалению, это не придает людям способности концентрироваться в достижении каких-то целей и не дает знаний хотя бы в размере школьной программы.

У нас предпринимаются усилия для того, чтобы снизить безработицу хотя бы до уровня безработицы в Южной Европе, которая провозглашена нашей желанной целью. В результате, совокупно с ожидаемым повышением пенсионного возраста, у нас молодежь сейчас начинает тихо скулить. Их и так не хотят брать на работу, ибо их сначала нужно научить хотя бы учиться, а теперь у нее перспективы и вовсе закрываются. И люди начинают всерьез задумываться над тем, как перестать создавать избыточную нагрузку на рынок труда в Российской Федерации и переехать в страны, где люди не являются обузой.

На этом фоне у нас продолжает развиваться нормальное стандартное, как из учебника, рабовладельческое общество, которое мы корректно называем «либеральный миграционный режим». Потому что привлечение мигрантов, с одной стороны, резкое снижает издержки до уровня, невыносимого для коренного населения. С другой стороны, это получение толерантной к коррупции рабочей силы. Которая рассматривает коррупцию не как преступление, а как нормальную деловую транзакцию. Это накладывает весьма серьезный отпечаток на рынок труда, потому что снижает уровень зарплаты. И резко увеличивает долю местного населения, которое не может найти себе работу.

Самая емкая на отечественном рынке труда – IT-отрасль

Кристина Лапская , директор по персоналу портала Superjob.ru:

– Для российского рынка рабочей силы особенно сложным стал 2014 год. Наша компания почувствовала количество сокращений персонала, вследствие чего в нашей базе в 2015 году сильно сократилось количество вакансий от работодателей. А за 2015–2016 годы мы увидели значительный прирост соискателей. В чистом виде он составил 6 миллионов новых резюме в нашей базе.

Кристина ЛапскаяФото: Иван МАКЕЕВ

Оживление рынка труда произошло в 2017 году. Тогда мы совершенно четко увидели увеличение числа вакансий по федеральным округам. В Южном федеральном округе оно выросло по отношению к 2016 году на 70%, в Сибирском федеральном округе – на 77%. При этом основной прирост произошел в таких областях, как туристический бизнес и общественное питание. Конечно, в этом большую роль сыграл чемпионат по футболу. Еще одна отрасль, в которой мы в тот период увидели прирост, это «сфера услуг». Тут число вакансий за два года выросло на 50%.

Если говорить о приросте за последние два года, то самой популярной отраслью среди соискателей стала IT и все, что с этим связанно. Тут количество соискателей выросло почти вдвое, на 90%. По разряду «Услуги» рост составил 120%, но услуги сегодня тоже частично можно отнести к IT-отрасли, поскольку сейчас появляется большое число новых порталов и интернет-платфом, которые набирают именно IT-персонал. А по разряду «Гостиницы и туризм» двухгодичный рост соискателей составил 86%.

С другой стороны, притом, что так быстро растет число IT-вакансий, получить работу в этом секторе не так просто, достаточно большой отбор проходят кандидаты на замещение вакансий. Но там есть, за что бороться. По данным Superjob, средняя заработная плата одной из самых востребованных профессий PHP-программист в среднем составляет 112 000 рублей. Эти данные приведены в нашем Журнал "Зарплатомер" .

Надо рабочего переучить и перевыучить...

Павел Травкин , научный сотрудник лаборатории исследований рынка труда НИУ ВШЭ:

– Когда мы говорим про рынок труда и его будущее, крайне важную роль играет демографический фактор. Уже сейчас рынок труда начнет ощущать всю тяжесть последствий демографической ямы в виде спада рождаемости в 90-х. Еще два года назад в России было 21 млн. людей в возрасте от 21 до 29 лет. Это те, кого справедливо причисляют к молодежи. А всего через 5 лет, согласно официальным прогнозам Росстата, количество молодежи в этой возрастной группе снизится до 13 млн. Этот возраст отличается высокой мотивацией к работе, гибкостью мышления, готовностью узнавать и пробовать что-то новое и так далее. Мне кажется, работодатели еще не представляют, с каким шоком им предстоит столкнуться. Сейчас, конечно, есть конкуренция на рынке труда за талантливую молодежь, но в целом бизнес активно привлекает студентов на стажировки, обучает их под свои задачи, и это является для работодателей отличным источником для пополнения рабочей силы. Вследствие демографического фактора, о котором я говорил раньше, этот ресурс иссякнет. И как станут выходить из этой ситуации работодатели и государство в целом – отдельный, трудный вопрос.

Павел ТравкинФото: Иван МАКЕЕВ

Какие будут происходить изменения на рынке труда? Из на первый взгляд хороших – зарплата у людей вырастет. Потому что работодателям придется как-то заинтересовывать в своих рабочих местах, убеждать, что ты должен прийти к ним, а не в соседнюю фирму. Будут расти издержки, связанные с удержанием ценных работников, например, нематериальные привилегии, разнообразные тренинги, и будут расти издержки на сам процесс поиска нужного работника. Все это отразится на расходах предприятий. Предприниматели явно будут вынуждены вкладываться в повышение производительности труда, инвестировать в различные новые технологии и искать пути, что делать с нехваткой работников, чтобы один мог работать за двоих с помощью нового оборудования.

При этом необходимо отметить, что технологии не ведут напрямую к снижению занятости. Да, часть технологий приводит к исчезновению целых профессий. Пришла новая технология, и часть людей потеряли работу, их заменил робот или новый станок. После того, как в начале прошлого века появились машины, очень быстро исчезли извозчики. Практически стерлись профессии тех, кто делал сбрую, кареты и телеги, кто содержал лошадей, кто их разводил. С другой стороны, появились водители, автомеханики, заправщики и так далее. Появление новых технологий всегда приводит к появлению новых рабочих мест, которые будут использовать эти технологии. 30 лет назад появились персональные компьютеры. Они кардинально изменили все вокруг, в том числе и рынок труда. Сегодня без использования компьютера практически не представляется ни одна нормальная работа. Соответственно, взрывными темпами растет сейчас IT-отрасль. Растет спрос на тех, кто умеет программировать, задавать компьютеру какие-то задачи, обслуживать машины и сети и так далее. Поэтому в развитие новых технологий мы должны вкладываться даже активнее, чем другие страны, ибо в будущем нас ждет очень большая просадка по численности населения.

Говоря о том, почему люди не могут найти себе работу. Тут есть другая проблема. В России люди, получив образование в 20–25 лет, работают дальше по своей специальности, практически не переобучаясь. Проходит 10–15 лет, технологии сменились, а они остались с прежним багажом знаний и теперь никому на рынке труда уже не нужны. Только в качестве совсем низкоквалифицированных работников.

В разрезе данного вопроса в России есть несколько проблем. Во-первых, работодатели в развитие своих работников вкладывают очень мало денег. Потому что не видят смысла: используют старые технологии; боятся, что работник уйдет и все потраченные деньги на обучение будут потеряны, и так далее. Сюда же относится и короткий горизонт планирования. Как рассуждают работодатели: что-то случится через 3–5 лет? Предприятие будет закрыто, так зачем мы сейчас будем тратить деньги? Конечно, это не общее правило, есть большое число серьезных компаний, которые понимают эти проблемы и активно их преодолевают. Тем, кто связан с современными технологиями, без этого нельзя. Тот же Сбербанк дважды в год обучает своих сотрудников, чтобы они всегда соответствовали современному уровню.

Вторая, связанная проблема, – люди не очень хотят учиться. Они не видят в этом смысла, считают, что это лишняя трата денег, особенно когда их критически не хватает. Поэтому важная задача государства – донести информацию, что переобучаться, повышать свою квалификацию нужно, без этого не выжить, поскольку государство не сможет найти для тебя работу. И это надо поддерживать, выдавать на обучение субсидии, ваучеры, обеспечивать льготы. Вот ты сходи на курсы, часть денег ты заплатишь, а часть денег заплатит государство. У нас в майских указах 2012 года отдельно было отмечено, что мы должны увеличить количество переобучающихся людей в три раза. Но этого за шесть прошедших лет так и не произошло. Число обученных увеличилось, но мы еще далеки от большинства стран Европы.

Проект реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов. Материалы проекта читайте по адресу https://www.kp.ru/daily/rabochij-klass/

Подпишись на наши новости в Google News!