Хорошего дня!
100

«Вы заплатили кучу бабок, вас не волнует разрешение!»: Опубликована переписка между погибшими в ЦАР журналистами и их работодателями

Военкор "КП" Александр Коц изучил переписку и пришел к выводу, что экономия расходов заказчиков интересовала больше, чем безопасность группы, а вся поездка Джемаля, Расторгуева и Радченко виделась остросюжетной игрой

Неплохо бы заказчиков журналистского расследования самих поставить перед агрессивным обкуренным негром с мачетеФото: EAST NEWS

Чем дальше я вчитывался в эту переписку, тем сильнее во мне закипала профессиональная злоба. Я невольно ставил себя на место репортеров, впервые поехавших в неизвестную африканскую страну, полную неведомых опасностей и «подводных камней». И поражался терпению журналистов, получавших не просто дилетантские - самоубийственные указания из Москвы от своих кураторов из «Центра управления расследований» Ходорковского. Переписка наглядно продемонстрировала, что подготовка командировки сотрудниками ЦУР проходила на любительском уровне, без реальных оценок риска и финансовых затрат. При этом, судя по всему, минимизация денежных расходов заказчиков интересовала больше, чем безопасность группы. Даже страховкой перед поездкой им было предложено заниматься самим: «Альфа-страхование» делает страховку для ЦАР, заезжайте в любой офис (центральный – на Шаболовке), 3000 руб.», - пишет замглавного редактора ЦУР Анастасия Горшкова. Она же в переписке приводит смету:

«Суточные на еду - $40/день ($840 у каждого) $2150 – жилье, 16 ночей, расчет по стоимости дома в Банги $2250 – водитель-переводчик, расчет по максимуму 15 дней по $150 за городом (не забывайте, что в Банги ему надо платить $90) $1500 – НЗ (прочие траты, типа такси из аэропорта, если не встретит Мартин, «взятки» кому-то и тд) Пожалуйста, фиксируйте все траты».

Один из участников интернет-беседы - главный редактор ЦУР Андрей Коняхин. Сразу после убийства Орхана Джемаля, Кирилла Радченко и Александра Расторгуева он заявлял, что все вопросы безопасности обсуждались с неким сотрудником ООН. Однако в переписке, опубликованной РИА ФАН, об этом ни слова. О безопасности в принципе нет ни слова. Хотя нет, вру. Есть одно: «Жуть». Так Коняхин ответил на приведенную Расторгуевым в чате справку об ужасающем уровне преступности в ЦАР. Видимо, из экономии бюджета ЦУР вместо того, чтобы заселить группу в охраняемый отель, пытается забронировать через интернет-сервисы частное жилье на вилле. Впрочем, к моменту приезда журналистов в Банги, Коняхину и ко не удалось найти ребятам ни жилья, ни водителя, ни переводчика. Организация - на уровне...

Орхан ДжемальФото: скриншот видео

Зато от Коняхина следуют необъяснимые с точки зрения логики указания. Сначала он дает указание изготовить для группы пресс-карты и, зачем-то, знак ООН на машину. А затем просит журналистов эффектно избавиться от удостоверений: «Обязательно снимите, как избавляетесь от пресс-карт!!! Художественно и с комментариями. Один журналист, с которым переписывалась Горшкова, написал только что – все-таки нужно сначала договориться с министерством печати и коммуникаций)) Ага, так и сделаем))» Обилие смайлов говорит о том, что в ЦУР знают о необходимости аккредитации, но не собираются ею «заморачиваться».

Режиссер-документалист Александр РасторгуевФото: Facebook

Естественно, без нее журналистов не пустили на территорию военной базы с резиденцией Бокассы, где в том числе квартируют российские гражданские специалисты. А вдобавок ко всем бедам с псевдотуристов без охраны и журналистского разрешения трясли внушительные взятки - до 550 долларов. Коняхину в уютном московском офисе такие траты не по душе.

«К вам очередь выстроится скоро. Это очень дофига. В следующий раз будьте пожестче, что вы нарушали? Говорите, что пойдете в посольство и тд, - советует главред ЦУР и снова отправляет на военную базу. - Идите сами туда, вы заплатили кучу бабок, чтобы попасть в эту страну и на могилу Бокассы, что вас не (волнует) никакое разрешение». В довесок Коняхин просит фиксировать факты дачи взяток на скрытую камеру.

Вот на этом пассаже с автором «дельных советов» отчаянно захотелось сделать что-нибудь нехорошее. Например, поставить перед агрессивным обкуренным негром с мачете и попросить провести мастер-класс. Мне приходилось бывать в такой ситуации, к примеру, в Ливии. И я бы посмотрел, как Коняхин был бы «пожестче» с тем, кто тычет тебе в физиономию пропахший пороховой гарью нечищеный дульный тормоз компенсатор автомата Калашникова. И как, не имея армии за спиной или хотя бы аккредитации от местного Минобороны, прорываться на режимный объект, бросая распальцовки направо-налево о потраченных «бабках». Я бы взорвался, но Кирилл Радченко дипломатично отвечает: «Прорваться на охраняемую территорию – это утопия».

Кирилл РадченкоФото: Facebook

По этой переписке создается впечатление, что для московской части «расследователей», которая ни грамма не соображает ни в специфике ЦАР, ни в военной, экстремальной журналистике, поездка Джемаля, Расторгуева и Радченко была остросюжетной игрой. На каждом уровне появлялись все новые и новые трудности, которые в Москве пытались решить «по Википедии» - то есть, совершенно непрофессионально. В итоге все эти неразрешенные трудности сложились в цепочку, которая привела к трагедии. Кто знает, может в ту ночь они попытались действовать «пожестче»...

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

За что погибли российские журналисты в Африке

С утра мне позвонили сразу несколько СМИ, в том числе, что называется, либеральных. Вопрос один: как я отношусь к версии о том, что Орхана Джемаля и его товарищей расстреляли «российские наемники из частной военной компании» (подробности)

МНЕНИЕ

Орхан Джемаль жил и умер, как журналист

Аббас ДЖУМА

Нельзя сказать, что мы с Охраном дружили. Но мы были связаны. Общими друзьями и знакомыми, интересами, профессией и преданностью ей. Мы постоянно сталкивались: лбами, за кулисами телешоу, на улице. Даже в поездках. Последний раз мы с ним летели в одном самолете в Иран. И всю дорогу ругались. Кто знает, во что бы это вылилось, если бы не Максим Шевченко, сидевший между нами. Джемаль был не простым человеком. Как и его отец. Я тысячу раз не согласен с ними по многим направлениям. И насколько не согласен, настолько же восхищаюсь их профессионализмом и знанием своего дела. Уверен, они верили в то, что говорили. При этом не только говорили, но и делали. (подробности)

Подпишись на наши новости в Google News!

Читайте также